5 >

не  составляло препятствий  и если  бы мог  возникнуть такой  добровольный и
свободный  союз,  в котором  не  только  души  вкушали  бы  это  совершенное
наслаждение, но и тела тоже его  разделяли, союз, которому человек отдавался
бы безраздельно, то несомненно,  что  и  дружба в нем была бы  еще  полнее и
безусловнее. Но ни разу еще слабый  пол не показал нам  примера этого, и, по
единодушному мнению всех философских школ древности, женщин здесь приходится
исключить.
     Распущенность  древних греков в любви, имеющая совсем особый  характер,
при наших  нынешних  нравах справедливо внушает  нам  отвращение. Но,  кроме
того,  эта любовь,  согласно принятому у них обычаю,  неизбежно предполагала
такое неравенство в возрасте и такое различие в общественном положении между
любящими,  что  ни  в  малой мере  не представляла собой  того  совершенного
единения и соответствия, о которых мы здесь говорим: Quis est enim iste amor
amicitiae? Cur  neque  deformem adolescentem  quisquam amat,  neque formosum
senem?[9]  И  даже  то  изображение  этой  любви,  которое   дает
Академия[10], не отнимает, как я полагаю, у меня права сказать со
своей  стороны  следующее:  когда  сын  Венеры   поражает   впервые   сердце
влюбленного страстью к предмету  его  обожания, пребывающему во цвете  своей
нежной  юности,  (  по  отношению  к  которой  греки  позволяли  себе  любые
бесстыдные  и пылкие домогательства, какие только может породить безудержное
желание, ( то эта страсть может иметь своим основанием исключительно внешнюю
красоту, только обманчивый образ телесной сущности. Ибо о духе  тут не могло
быть и речи, поскольку он не успел еще обнаружить себя, поскольку он  только
еще зарождается и не достиг  той поры, когда происходит его созревание. Если
такой страстью  воспламенялась низменная душа, то средствами,  к которым она
прибегала  для  достижения  свой цели,  были  богатство,  подарки,  обещание
впоследствии  обеспечить  высокие должности  и  прочие  низменные  приманки,
которые порицались  философами.  Если же  она западала  в более  благородную
душу, то и приемы завлечения были более благородными, а  именно: наставления
в  философии,  увещания  чтить религию, повиноваться законам, отдать  жизнь,
если понадобится,  за благо  родины, беседы, в  которых приводились  образцы
доблести, благоразумия, справедливости; при этом  любящий прилагал всяческие
усилия,  дабы  увеличить  свою   привлекательность  добрым  расположением  и

Следующая

5 >