10 >

собой.
     Если бы в  той дружбе, о которой  я говорю,  один все  же мог  что-либо
подарить  другому, то именно принявший от друга  благодеяние обязал  бы этим
его: ведь оба они не желают ничего  лучшего, как сделать один другому благо,
и  именно тот, кто предоставляет  своему другу возможность  и повод к этому,
проявляет щедрость, даруя  ему  удовлетворение, ибо он получает  возможность
осуществить  свое самое пламенное желание. Когда  философ Диоген  нуждался в
деньгах, он не говорил,  что одолжит их у  друзей; он  говорил, что попросит
друзей возвратить ему долг. И для того,  чтобы показать, как это  происходит
на деле, я приведу один замечательный пример из древности.
     Эвдамид, коринфянин,  имел двух друзей:  Хариксена, сикионца, и Аретея,
коринфянина.  Будучи  беден,  тогда  как  оба его  друга  были  богаты,  он,
почувствовав приближение  смерти,  составил  следующее  завещание:  "Завещаю
Аретею  кормить мою  мать и  поддерживать ей старость,  Хариксену же  выдать
замуж мою дочь и дать ей самое богатое приданое, какое он только сможет; а в
случае,  если  жизнь  одного  из  них   пресечется,   я  возлагаю  его  долю
обязанностей  на  того,  кто  останется  жив".  Первые,  кто  прочитали  это
завещание,  посмеялись  над  ним; но  душеприказчики  Эвдамида, узнав  о его
содержании,  приняли его с глубочайшим удовлетворением. А когда один из них,
Хариксен, умер через пять дней и обязанности  его перешли к Аретею, тот стал
заботливо  ухаживать  за  матерью  Эвдамида и  из пяти  талантов, в  которых
заключалось  его  состояние,  два  с  половиной   отдал   в  приданое  своей
единственной дочери,  а  другие два  с половиною (  дочери Эвдамида, которую
выдал замуж в тот же день, что и свою.
     Этот  пример был бы вполне  хорош, если бы не одно обстоятельство ( то,
что у Эвдамида было целых двое друзей, а не один. Ибо та совершенная дружба,
о которой я говорю, неделима: каждый с такой полнотой отдает себя другу, что
ему больше нечего уделить кому-нибудь  еще; напротив, он постоянно скорбит о
том, что он ( только одно,  а не  два, три, четыре существа, что  у него нет
нескольких  душ  и  нескольких  воль, чтобы  отдать  их все  предмету своего
обожания.  В обычных дружеских связях  можно  делить свое  чувство:  можно в
одном любить красоту,  в другом  (  простоту нравов, в третьем ( щедрость; в
том (  отеческие чувства,  в этом  ( братские, и так далее. Но  что касается
дружбы, которая подчиняет себе душу всецело  и  неограниченно  властвует над

Следующая

10 >