7 >

захватывать нас  настолько, чтобы время от времени у нас не  мелькала мысль:
как наша веселость непрочна, будучи  постоянно  мишенью для  смерти, и каким
только нежданным ударам ни подвержена наша жизнь! Так  поступали египтяне, у
которых был  обычай вносить  в торжественную залу, наряду с  самыми  лучшими
явствами и напитками,  мумию  какого- нибудь  покойника,  чтобы она  служила
напоминанием для пирующих.
Omnem  crede  diem  tibi  diluxlaae supremum.  Grata superveniet,  quae  non
sperabitur hora. [21]
     Неизвестно, где  поджидает нас смерть; так будем же  ожидать ее  всюду.
Размышлять о смерти - значит размышлять о свободе. Кто научился умирать, тот
разучился быть рабом. Готовность умереть избавляет нас от всякого подчинения
и принуждения. И нет в жизни зла для того, кто  постиг, что потерять жизнь -
не  зло.  Когда   к  Павлу  Эмилию  явился   посланец  от  несчастного  царя
македонского, его  пленника, передавший просьбу последнего не принуждать его
идти  за  триумфальною  колесницей, тот  ответил: "Пусть  обратится  с  этой
просьбой к себе самому".
     По правде сказать, в любом деле одним уменьем и стараньем, если не дано
еще  кое-что  от  природы,  многого  не  возьмешь.  Я  по  натуре  своей  не
меланхолик, но  склонен к мечтательности. И ничто никогда не  занимало моего
воображения  в  большей   мере,   чем  образы   смерти.   Даже  в   наиболее
легкомысленную пору моей жизни -
Iucundum cum aetas florida ver ageret, [22]
когда я жил среди женщин и забав, иной, бывало, думал, что я терзаюсь муками
ревности или разбитой надеждой, тогда как в действительности мои мысли  были
поглощены каким-нибудь  знакомым,  умершим  на  днях от  горячки, которую он
подхватил, возвращаясь  с такого же празднества, с душой, полною неги, любви
и еще не  остывшего возбуждения,  совсем как  это бывает со мною, и в ушах у
меня неотвязно звучало:
Jam fuerit. nес post unquam revocare licebit. [23]
     Эти  раздумья  не  избороздили  мне  морщинами  лба  больше,   чем  все
остальные.  Впрочем, не бывает,  конечно,  чтобы подобные образы при  первом
своем  появлении не причиняли нам  боли.  Но  возвращаясь  к ним все снова и
снова, можно в конце концов, освоиться с ними. В противном случае - так было
бы,  по крайней мере, со мной - я жил бы в непрестанном страхе волнений, ибо
никто никогда  не  доверял своей  жизни меньше моего, никто меньше  моего не
рассчитывал  на  ее  длительность.  И  превосходное   здоровье,   которым  я
наслаждаюсь  посейчас и которое нарушалось весьма редко, нисколько не  может

Следующая

7 >