Мишель Монтень. Опыты. Том III - Глава V - О СТИХАХ ВЕРГИЛИЯ
82 >
приблизился Калигула, хотя и было доказано, что он к ней даже не прикасался
[59]; между тем в действительности это лишь распаляет желания женщины, ибо
прикосновение и постоянное присутствие рядом с нею мужчины, кем бы он ни
был, возбуждает в ней чувственность, которая была бы спокойнее, оставайся
она в одиночестве. Весьма возможно, что, стремясь возвысить посредством
этого обстоятельства и всего сопряженного с ним заслугу жить в воздержании,
польский король Болеслав и его жена Кинга и дали на брачном ложе в день
своей свадьбы по обоюдному согласию обет целомудрия и ни разу его не
нарушили вплоть до того времени, пока в них не угасло супружеское влечение
[60].
Мы воспитываем наших девиц, можно сказать, с младенчества исключительно
для любви: их привлекательность, наряды, знания, речь, все, чему их учат,
преследует только эту цель и ничего больше. Их наставницы не запечатлевают в
их душах ничего, кроме лика любви, хотя бы уже потому, что без устали
твердят поучения, рассчитанные на то, чтобы внушить им отвращение к ней. Моя
дочь (она у меня единственная) в таком возрасте, в каком законы допускают
замужество для наиболее пылких из них; но она, что называется, развития
запоздалого, тоненькая и хрупкая, и к тому же взращена матерью в полном
уединении и под неослабным надзором, так что только-только начинает
освобождаться от детской бесхитростности и непосредственности. Так вот,
как-то при мне она читала вслух французскую книгу. В ней встретилось некое
слово, которым называют широко известное дерево. Так как это слово похоже на
одно непристойное, женщина, приставленная наблюдать за поведением моей
дочери, внезапно и чересчур резко оборвала ее и заставила пропустить это
опасное место. Я предоставил ей действовать по своему усмотрению, чтобы не
нарушать принятых у них правил, - я никогда не вмешиваюсь в дела по их
ведомству: женскому царству присущи свои таинственные особенности, которых
нам лучше не касаться. Но, если не ошибаюсь, общение с двадцатью слугами в
течение полугода не могло бы с такой четкостью запечатлеть в ее воображении
и самое слово и понимание, что именно обозначают эти преступные слоги и
какие следствия оно влечет за собой, как это сделала славная старая женщина
своим окриком и запрещением.
Motus doceri gaudet Ionicos
Matura virgo, et frangitur artubus
lam nunc, et incestos amores,
