Мишель Монтень. Опыты. Том III - Глава V - О СТИХАХ ВЕРГИЛИЯ
67 >
должного, - здоровье пышущем, неодолимом, безупречном, беззаботном, таком,
каким некогда наделяли меня по временам мои весенние дни и ничем не
нарушаемая беспечность. Этот огонь веселья воспламеняет дух, и он вспыхивает
порой с ослепительной яркостью, намного превосходящей обычную меру его
возможностей и порождающей в нем безудержный, если не безграничный восторг.
Вот и выходит, что нет ни малейшего чуда, если противоположное состояние,
угнетая мой дух, заставляет его поникнуть, сковывает, словом оказывает на
него противоположное действие.
Ad nullum consurgit opus, cum corpore languet.
{Он не берется ни за какое дело, когда его тело утомлено [13] (лат.).}
А между тем он требует от меня, чтобы я был ему благодарен за то, что
он якобы уделяет гораздо меньше внимания своему сотоварищу - телу, чем это
принято у людей. Но пока между нами установлено перемирие, давайте устраним
из нашего общения всяческие раздоры и несогласия:
Dum licet, obducta solvatur fronte senectus
{Покуда можно, следует изгонять с омраченного лица старческую угрюмость
[14] (лат.).}:
tetrica sunt amoenanda iocularibus.
{Печальное нужно услащать шутками [15] (лат.).}
Я люблю мудрость веселую и любезную и бегу от грубости и суровости
нравов; всякая отталкивающая черта в лице вызывает во мне подозрение:
Tristemque vultus tetrici arrogantiam
{Печальная надменность мрачного лица [16] (лат.).}.
Et habet tristis quoque turba cynaedos.
{И в этой печальной толпе есть развратники [19] (лат.).}
И я всем сердцем верю Платону, который считает, что простота или
надменность в обхождении - вернейший признак душевной простоты или злобности
[18].
У Сократа было всегда одно и то же лицо - как бы застывшее, но ясное и
улыбающееся, а не такое, как у старшего Красса, которого никто не видел с
улыбкой на устах [19].
Добродетель - вещь приятная и веселая.
Я очень хорошо знаю, что среди тех, кого возмутят иные непристойности в
этих моих писаниях, найдутся лишь очень немногие, которым не подобало бы
возмущаться непристойностью своих мыслей.
Я потрафляю их вкусу, но оскорбляю их зрение.
Принято придираться к Платону за то или иное в его сочинениях и
умалчивать о приписываемых ему предосудительных отношениях с Федоном,
Дионом, Стеллой и Археанассой [20]. Non pudeat dicere quod non pudet sentire
