Мишель Монтень. Опыты. Том III - Глава IV - ОБ ОТВЛЕЧЕНИИ
54 >
не пресекают, их стараются отвести и сгладить.
Противоположный способ - слишком возвышенный и трудный. Только люди
высшей породы способны постигать вещь во всей ее наготе, отчетливо видеть ее
и исчерпывающе судить о ней. Лишь Сократу дано лицезреть смерть, не меняясь
в лице, одному ему - приручить ее, шутить с нею. Он не ищет утешения вне
самой смерти; она для него естественное и обычное явление; он останавливает
свой взгляд прямо на ней и решается на нее, не озираясь по сторонам. Ученики
Гегесия, вдохновляясь красивыми речами своего учителя, побуждали себя
умирать голодною смертью, и они делали это так часто, что царь Птолемей
запретил ему услаждать свою школу этими человекоубийственными речами [9], -
так вот, эти ученики Гегесия жаждали смерти не самой по себе и нисколько не
задумывались над ее сущностью; не на ней останавливали они свою мысль; они
торопились, они стремились к иному, новому существованию. А бедняги, которых
мы иногда видим на эшафоте! Эти полны пылкой набожности; они отдают ей, по
мере возможности, все свои чувства; превратившись в слух, они жадно ловят
обращенные к ним напутствия, и, воздев к небу глаза и руки, возвысив голос в
громких молитвах, охваченные суровым и неослабным волнением, они, конечно,
являют пример отменно похвальный и подобающий их горькой участи. Их следует
хвалить за религиозное рвение, но отнюдь не за твердость духа. Они бегут от
борьбы; они не хотят думать о смерти и во многом напоминают детей, которых
всячески забавляют, чтобы тем временем вскрыть им нарыв. Я наблюдал
осужденных на казнь и видел, как их взгляд, опускавшийся порою на
расставленные рядом ужасные орудия смерти, тотчас же отвращался от них, и
они в исступлении заставляли себя перенестись мыслью на любые другие
предметы. Переправляющимся через грозную пропасть велят зажмуриваться или
отводить от нее глаза.
Субрий Флав был осужден Нероном на смерть, и умертвить его должен был
своей рукою Нигер - и тот и другой были римскими военачальниками. Когда
Флава привели к месту казни, то, увидев безобразную яму с кривыми краями,
вырытую для него по приказанию Нигера, он, повернувшись к присутствующим тут
воинам, произнес: "Даже это сделано не по уставу", а - Нигеру, обратившемуся
к нему с увещанием держать голову твердо, сказал: "Обо мне не заботься. Лишь
бы ты поразил меня с такой же твердостью!" И он предугадал правильно, потому
что у Нигера тряслись руки, и он отрубил Флаву голову лишь после нескольких
