40 >

соблюдать в разговорах с нашими полудрузьями или приятелями, и велят нам это
особенно настоятельно в наше время, когда об иных вещах  можно  говорить  не
иначе, как с опасностью для себя или неискренне.
     При всем том я очень хорошо понимаю, что каждому,  считающему,  подобно
мне, своею конечною целью наслаждение жизненными  благами  (я  разумею  лишь
основные  жизненные  блага),  нужно  бежать,  как  от  чумы,  от  всех  этих
сложностей и тонкостей своенравной души. Я готов всячески превозносить того,
чья душа состоит  как  бы  из  нескольких  этажей,  способна  напрягаться  и
расслабляться, чувствует  себя  одинаково  хорошо,  куда  бы  судьба  ее  ни
забросила, того, кто умеет поддерживать разговор с соседом о его  постройке,
охоте или тяжбе, оживленно беседовать с плотником и  садовником;  я  завидую
тем, кто умеет подойти к последнему из своих подчиненных и  должным  образом
разговаривать с ним.
     И я никоим образом не одобряю совета Платона [8],  предписывающего  нам
обращаться к слугам неизменно  повелительным  тоном,  не  разрешая  себе  ни
шутки, ни непринужденности в обращении, как с мужчинами, так и с женщинами.
     Ибо,  кроме  того,  о  чем  я  говорил  выше,  бесчеловечно  и   крайне
несправедливо придавать столь большое  значение  несущественному,  даруемому
судьбой преимуществу, и порядки, установленные в домах, где  различие  между
господами и слугами ощущается наименее резко, кажутся мне наилучшими.
     Иные стараются подстегнуть и взбудоражить  свой  ум;  я  -  сдержать  и
успокоить его. Он заблуждается лишь тогда, когда напряжен.

                           Narras et genus Aeaci,
                                Et pugnata sacro bella sub Ilio:
                           Quo Chium pretio cadum
                                Mercemur, quis aquam temperet ignibus,
                           Quo praebente domum, et quota
                                Pelignis caream frigoribus taces.

     {Ты мне рассказываешь  о  родословной  Эака  и  о  битвах  под  стенами
священного Илиона [Трои], но ты ничего не сообщаешь о том, сколько мы платим
за бочку хиосского вина, кто будет греть воду для моей  бани,  кто  и  когда
предоставит мне кров, чтобы я мог избавиться от холода, что  ведом  пелигнам
[9](лат.).}

     Как известно, доблесть лакедемонян нуждалась в обуздывании и в нежном и
сладостном звучании флейт [10], укрощавших ее во время  сражения,  поскольку
существовала опасность,  как  бы  она  не  превратилась  в  безрассудство  и

Следующая

40 >