Мишель Монтень. Опыты. Том III - Глава I - О ПОЛЕЗНОМ И ЧЕСТНОМ
13 >
немедленно получил свободу, как было предусмотрено в проскрипциях Суллы, но,
став свободным, был тотчас же сброшен с Тарпейской скалы, что было
предусмотрено законами государства [24]. Таких предателей вешали с кошельком
на шее, в котором была их плата. Воздав должное частной и ограниченной
справедливости, воздавали вслед за тем должное и справедливости как таковой.
Махмуд Второй, видя в своем младшем брате возможного соперника и желая
по этой причине избавиться от него - дело в их роду обычное, -
воспользовался услугами одного из своих приближенных военачальников, который
и удушил Махмудова брата, заставив его проглотить сразу слишком много воды.
После того как с этим было покончено, Махмуд во искупление столь
предательского убийства выдал убийцу матери покойного (они были братьями
только по отцу); она же, в его присутствии, собственными руками вспорола
убийце живот и, нащупав сердце, вырвала его еще дымящимся и трепещущим и
бросила на съедение псам [25].
И наш король Хлодвиг приказал повесить троих слуг Канакра, предавших
ему своего господина и ради этого подкупленных им [26].
Да и отъявленным злодеям, после того как они извлекли выгоду из
какого-нибудь бесчестного поступка, бывает очень приятно пристегнуть к нему
с полной уверенностью в успехе что-нибудь свидетельствующее об их
справедливости и доброте и о том, что их якобы мучит совесть и они хотят ее
облегчить.
К этому нужно добавить, что сильные мира сего смотрят на исполнителей
столь отвратительных злодеяний как на людей, изобличающих их в преступлении.
И они стараются уничтожить их, чтобы устранить свидетелей против себя и
замести, таким образом, следы своих происков.
Если при случае они все же вознаграждают вас за совершенное вами
предательство, дабы общественная необходимость не была лишена этого
отчаянного и крайнего средства, тот, кто делает это, не перестает считать
вас - если только он сам не таков - законченным мерзавцем и висельником, и в
его глазах вы еще больший предатель, чем в глазах вашей жертвы, ибо он
измеряет низость вашей души по вашим рукам, а они беспрекословно ему
повинуются и ни в чем не отказывают. Использует же он вас совсем так же, как
пользуются отпетыми негодяями при совершении казней, - их обязанности столь
же полезны, сколь малопочтенны. Подобные поручения, не говоря уже об их
гнусности, растлевают и развращают совесть. Дочь Сеяна, которую римские
